Тема смрадной вони на въезде в Рудный возникала в публикациях «НГ» не единожды. В последней экологи в лице руководителя областного департамента Куаныша Елеусенова объясняли, что никак не могут открыть внеплановую проверку, если нет жалобы, ими зарегистрированной. Устные обращения, уточнил Елеусенов, поступали, но превышения содержания вредных веществ где-либо ими не выявлено. Ну хорошо, превышений нет, обращений нет, но вонь-то – есть. И это чувствуют все, кто въезжает в Рудный со стороны областного центра.
Нас Рудный встречает какашкой
Начинается эта «какофония» обычно за 1-2 км до моста перед въездом.
- Каждый раз, когда я в тёплое время года выезжаю из города в областной центр, после моста начинается страшный запах вони, – говорит жительница Рудного Ирина. – Это бывает, если ветер слева по направлению движения, то есть веет со стороны отвалов. Это не моя личная галлюцинация. Друзья и родственники, которые приезжают ко мне, затыкают носы и жалуются на то же.
По левую сторону (если двигаться от Костаная) расположена птицефабрика ТОО «Жас-Канат 2006», но южный ветер (с её стороны), по наблюдениям местных, ничего особо неприятного не приносит. Смрад, как подмечено выше, появляется, если дует со стороны отвалов.
- Я сама из Перцевки, – говорит Людмила ШУКАЕВА. – Как в город едешь, так и начинается. Это всё от отходов птицефабрики – я знаю, потому что там работала!
От птицефабрики именно в ту сторону уходит грунтовая дорога, а над предполагаемым источником вони подозрительно много чаек.
Расскажите, птицы
Я отправляюсь туда с провожатым вдоль сырой и грязной дороги (накануне лил дождь), или мы идём просто через заросли. После десяти минут петляний выходим на это поле.
Смрад зашкаливает. Вдоль дороги за это время два раза проехали бульдозеры с какой-то химией в ковшах.
На поле видны перья и «братские могилы» птиц. Всё ясно.
На спутниковом снимке это место смотрится, как несколько бурых прямоугольников (то есть без обычной растительности), которые расположены параллельно трассе на расстоянии примерно 300 м от неё, если верить снимку. Недалеко находится ещё и придорожное кафе.
- Я вообще из Шымкента еду, – говорит дальнобойщик Жумагали. – Мы на завод здесь грузы возим, я уже на обратном пути сейчас. А в 5 утра я с России заехал, хотел здесь покушать. Не остановился, потому что запах, невозможно. И всегда на этом месте так.
Перед входом в кафе сотрудница Резеда БАЗАУЕР производит уборку со щёткой и совком-ленивкой:
- Посмотрите сколько мух, всё летят и летят. Обрабатывать приходится.
Кемпинг пахнет проблемами
Нахожу владельца этого заведения. Ханлар СУЛЕЙМАНОВ рассказывает, что хотел бы расшириться, построить достойный сервис для таких же дальнобойщиков, но…
- К нам охотно заезжают, но вот этот запах! И ветер именно с той стороны. Правда, зимой его нет. Мы все знаем, что буквально на днях, 22 июня, было озвучено официальное решение правительства Казахстана о масштабном улучшении придорожного сервиса. И они одобрили проект по привлечению частных инвестиций на 180 млрд тенге на строительство и развитие таких станций. Вот и я здесь собирался строить гостиницу с удобствами, кемпинг, комнату матери и ребёнка, душевые комнаты как раз для путешественников, для таких дальнобойщиков, мини-маркет.
Ханлар говорит, что имел беседу с директором птицефабрики – но, с его позиции, всё по закону, земля под размещение отходов выделена официально.
- Но ведь можно просто попытаться друг друга понять и наметить, что мы могли бы сделать совместно, чтобы не страдали ни местные жители, ни проезжающие мимо, ни мы...
"Нам теперь закрываться из-за запаха?"
- В советское время на этом месте был свинокомплекс, – рассказывает первый замдиректора ТОО «Жас-Канат 2006» Александр КОРОСТЫЛЁВ. – С 2006 года начала работу птицефабрика. При расположении и свинокомплекса и в дальнейшем птицефабрики учитывалась роза ветров и то, что город в этом направлении не развивается. Здесь находятся и канализационные стоки города. Поэтому было определено и место полигона для производственных отходов.
Как рассказали "НГ" местные жители, история вкратце такая: в 1990-е, когда производство здесь то ли почти, то ли совсем не работало, недалеко появляется придорожное кафе. Кафе – громко сказано, там поначалу располагалось что-то вроде вагончика. Бизнес расширяется, строится, ничего ему не мешает. Но в начале нулевых вступает в строй ТОО «Жас-Канат 2006». Соседство фабрики и кафе теперь не выглядит очень уж задушевным. Скорее – душным.
- Проверяли нас экологи, проверяла СЭС, признали, что всё соответствует установленным нормам, – продолжает Коростылёв. – Мы создали 250 рабочих мест, даём 200 млн штук яиц в год, фабрика – одна из крупнейших в стране. Социально-значимое производство! Нам что теперь, закрываться из-за запаха?
Понять, поговорить – и решить!
Неприятный запах, отмечает представитель птицефабрики, неизбежный спутник такого производства, и то – возникает только в тёплое время года после дождя, или при большой влажности. У кафе, говорит он, сменилось несколько владельцев (сделки по купле-продаже происходят преимущественно зимой, когда объект «ликвидный»), и каждый новый хозяин начинает сетовать на одно и то же…
- Мы открыты для диалога, ни от кого не прячемся и всегда готовы сесть за стол переговоров с владельцем пункта питания, – уверяет Коростылёв. – Это чтобы найти консенсус и представить, как может развиваться его бизнес.
- Владелец кафе, – комментирует ситуацию "НГ" пресс-секретарь Палаты предпринимателей Костанайской области Елена КАШАРИНА, – должен был учесть риски открытия такого бизнеса и перед стартом проконсультироваться с нами. Мы бы ему сказали: хорошо, но у птицефабрики есть план развития производства, в котором в перспективе заложено то-то и то-то. Переработка помёта, например. В бизнесе, тем более в сельском хозяйстве, нет тепличных условий. В Палате бизнесменам оказывают нефинансовые меры поддержки, например, написание бизнес-плана. Именно он помогает предусмотреть все риски, с которыми может столкнуть предприниматель.
А людям что вы скажете?
Хорошо, говорю я заместителю директора. Но как быть с тем, что фабрика не вполне, скажем так, дружелюбно встречает вообще всякого, кто въезжает в город горняков?
- А как определить, кто «портит воздух»? – вопрошает мой визави. – Экологи постановили, что разграничить, кто именно это делает – мы или соседние с нами рудненские очистные сооружения – невозможно. Вы представляете, сколько всего сливает в канализацию город с 123-тысячным населением? То, что вносим мы, в сравнении смешно мало. Запах от птицефабрики, повторю – неизбежный спутник такого производства. Птице фильтр на задницу не поставишь!
Пока здесь спорят, чей вклад в местную «ароматерапию» весомее – 123-тысячного города или 1,7 млн куриных тел, въезжающим рудничанам, туристам и дальнобойщикам остаётся лишь тренировать задержку дыхания
Впрочем, в этой душно-смрадной истории наметился неожиданный бизнес-план
Фото автора