Как историк, не мог пройти мимо одной актуальной темы. Выступление Касым-Жомарта Токаева на августовской конференции педагогов, на мой взгляд, важно не только как разговор о качестве школьных учебников. В нем прозвучала гораздо более серьезная тема: какое историческое сознание мы формируем у следующего поколения.
Президент сказал о необходимости пересматривать материалы, в которых недостоверные исторические факты подменяются мифами, а детям рассказывают о мнимых героях и «подвигах», которых не было. И отдельно предостерег от превращения печали и страдания в едва ли не постоянную характеристику национального самосознания.
Я неоднократно писал и говорил о той же проблеме: нельзя строить историческое сознание на коллективной травме. Если ребенку с детства внушать, что история его народа - это прежде всего череда поражений, унижений, катастроф и несправедливостей, мы воспитываем не патриотизм, а комплекс исторической неполноценности. Голливудские фильмы показали нам, какие монстры вырастают из детей, страдающих комплексами. Современная международная политика показывает, что страны, у которых центральной темой национальной истории является коллективная травма, не очень дружат с соседями.
Причем сама концепция «вечно страдающего казахского народа» во многом является наследием советской историографии.
Советскому историческому нарративу был необходим резкий контраст: темное, отсталое, бесправное прошлое и светлое настоящее, наступившее благодаря революции и советской власти. Поэтому дореволюционная история народов СССР неизбежно изображалась через угнетение, бедность, бесправие, феодальные пережитки и колониальную отсталость. Чем мрачнее выглядело прошлое, тем убедительнее должен был казаться прогресс настоящего.
Парадокс заключается в том, что после обретения независимости эта черно-белая схема во многом сохранилась. Поменялись только знаки.
Если раньше прошлое до советской власти следовало показывать максимально мрачным, то теперь возник соблазн представить досоветскую историю почти исключительно как эпоху величия, могущества и гармонии. Советский же период, напротив, превратить в сплошную катастрофу: колонизацию, репрессии, голод, разрушение традиционного общества.
Но это по-прежнему та же самая модель исторического мышления. Просто фотографический негатив поменяли на позитив.
Реальная история значительно сложнее.
В ней были и выдающиеся государственные деятели, и люди, принимавшие ошибочные решения. Были победы и поражения, периоды подъема и глубокие кризисы. Были трагедии, которые нельзя замалчивать или преуменьшать, но были также социальные изменения, культурное развитие, повседневная жизнь миллионов людей. Были герои, но были и персонажи, которых позднейшая мифология сделала значительно более героическими, чем позволяют утверждать источники.
Зрелая нация не нуждается ни в приукрашивании своей истории, ни в бесконечном оплакивании прошлого.
Именно поэтому особенно важно сказанное президентом о патриотизме. Патриотизм, построенный на исторической неправде, чрезвычайно непрочен. Рано или поздно молодой человек обнаруживает, что события были сложнее, «идеальные герои» не были идеальными, а некоторые красивые истории (вроде той, где казахи спасают Москву от Наполеона) вообще не подтверждаются источниками. И тогда вместе с конкретным мифом может разрушиться доверие к историческому знанию как таковому.
Не менее опасна противоположная крайность - формирование идентичности вокруг травмы. Историческая память необходима. Мы обязаны знать о голоде, репрессиях, насилии, колониальной политике и других трагических страницах нашей истории.
Но ПАМЯТЬ о трагедии и КУЛЬТ трагедии - разные вещи.
Первое помогает обществу понимать себя. Второе приучает видеть себя исключительно жертвой чужих решений.
А идентичность жертвы плохо сочетается с ответственностью за собственное будущее.
Есть и еще одна проблема, о которой, на мой взгляд, необходимо говорить. Попытка возвысить собственную историю иногда происходит за счет истории других народов. Некоторые авторы, стремясь представить свой народ более древним, могущественным или исторически значимым, вольно или невольно начинают принижать роль соседей, оспаривать их культурное наследие, объявлять исключительно «своими» общих исторических деятелей или трактовать сложные события прошлого так, будто одна сторона всегда была носителем правды, а другая - исключительно источником угрозы и зла.
Для нашего региона это особенно чувствительная тема. Я уже писал как-то о восприятии разными народами роли Кенесары в их национальной истории. Но таких спорных эпизодов в нашей общей истории тысячи! Народы Центральной Азии и Евразии веками жили рядом, воевали и заключали союзы, торговали, вступали в родственные связи, заимствовали друг у друга слова, традиции, технологии и культурные формы. Провести между этим наследием современные государственные границы и затем разложить все прошлое по отдельным «национальным квартирам» зачастую просто невозможно.
Поэтому историк или автор учебника должен особенно осторожно относиться к утверждениям, которые способны задевать историческую память соседних народов. Любовь к собственной стране не требует доказательства превосходства над соседями. Нельзя укреплять национальное достоинство одного народа путем умаления достоинства другого.
Тем более опасно, когда подобные представления попадают в школьные учебники. Ребенок воспринимает учебник не как одну из возможных интерпретаций, а как установленную истину. И если со школьной скамьи ему объясняют, что его предки были исключительно героями и победителями, а соседи появляются в истории преимущественно в роли врагов, захватчиков или исторических должников, это уже не воспитание патриотизма. Это создание почвы для будущих взаимных претензий.
У Казахстана здесь должна быть принципиальная позиция. Наша национальная история не станет меньше от признания достижений других народов, как и чужая история не должна становиться меньше ради возвеличивания нашей. Напротив, уважение к исторической правде и к памяти соседей свидетельствует об уверенности общества в собственной идентичности.
В конечном счете зрелое историческое сознание начинается там, где исчезает потребность постоянно доказывать собственное величие, особенно за чужой счет. Можно гордиться своей историей, помнить ее трагические страницы и чтить своих героев, одновременно признавая сложность прошлого и достоинство других народов.
Публикуется с разрешения автора
Автор - доктор исторических наук
Статья опубликована на странице Еркін Әбіл в Facebook