Амиржан КОСАНОВ: Новый застой, или Где вы, казахстанские пассионарии?

Итак, случилось ожидаемое и, в наших новых условиях, столь необратимое. Президент Токаев фактически дал старт следующим парламентским выборам: «Сразу же после вступления Конституции в силу мною будет подписан Указ о проведении выборов в однопалатный Курултай. Выборы состоятся в августе текущего года».

В любой другой стране после таких слов президента общественно-политическая жизнь должна была бы всколыхнуться, политические силы и отдельные персоны сразу же должны были бы заявить о своей готовности (или неготовности, что в наших политических реалиях тоже вполне приемлемо) к бескомпромиссной борьбе.

Ан нет. Тишь да гладь, да Божья благодать. Такое ощущение, что в стране нет самостоятельных политических партий и все ждут отмашки от Акорды.

По-моему, все понимают причину такой всеобщей апатии: она заключается в чрезмерной зарегулированности общественной жизни, невозможности проявлять несанкционированную сверху инициативу, а, по большому счету, в абсолютной предсказуемости результатов предстоящих выборов.

Увы, приходится с горькой иронией признавать, что «при Нуреке такого не было»: 

при старом режиме, несмотря на всю его антигуманную сущность созданной им уродливой системы, Назарбаев все-таки имел определенную политическую смелость и официально позволял регистрировать оппозиционные партии. Чего стоит наша РНПК формата 1998 года (!) с лозунгом «Казахстан без Назарбаева!». Наша партия прошла регистрацию в Минюсте (!) и получила право участвовать в выборах! Так же в общественно-политической жизни страны легально работали и другие движения и партии, не менее критически настроенные в отношении власти и конкретно Назарбаева.

Как непосредственный участник тех событий, могу предположить, что те или иные организации были в какой-то мере инициированы и, видимо, потому зарегистрированы самой властью. Не знаю, что подвигло власть к этому: или желание казаться демократичным (был такой романтический период начала 2000-х, когда власть хотела председательствовать в такой авторитетной, на тот период, международной организации, как ОБСЕ), или Назарбаев на самом деле считал нас политическими карликами, неспособными снести его режим, или сама оппозиция была едина, и потому настолько влиятельна, что власти приходилось с ней считаться. Не знаю. Но факт остается фактом: оппозиционные демократические движения и партий регистрировались и вели не игрушечную, а вполне серьезную политическую борьбу.

Вспоминаю слова одного из областных акимов того времени, который докладывал Назарбаеву, что во вверенном ему регионе нет оппозиции. Нынешние политтехнологи Акорды, видимо, тоже заходят к президенту и так же с пеной у рта рапортуют: не беспокойтесь - оппозиция ликвидирована, иных уж нет, а те далече.

Не случилось того общественного феномена, о котором я безуспешно твержу уже семь лет: новая власть не смогла консолидировать вокруг себя тех, кто при старом режиме был в оппозиции к Назарбаеву и его окружению. Нужно было антистарорежимный настрой общества превратить в проновоказахстанский. Увы, своими неуклюжими и абсолютно вредными для единения общества действиями власть сделала так, что этот значимый слой общества автоматически превратился в критиков Токаева. Не знаю, кому это было нужно, наверняка сам президент этого не хотел бы. Как писал поэт-классик, «если звезды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно». Спрашивается: кому?

Да, и это надо признать, новая власть делает определенные усилия по развитию негосударственного сектора, возрождаются старые и создаются новые общественные институты (НПО), она заигрывает с квазидемократическими партиями, высочайше дозволяя им имитировать политическую деятельность - есть даже Закон «О парламентской оппозиции».

И последнее, поколенческое. В те годы мы были молоды и дерзки, казалось, что не только горы свернем, но и ненавистный режим свергнем. Мы не боялись говорить честно о ситуации в стране, зная о последующих наказаниях. Но почему сейчас не наблюдается таких же дерзких молодых демократов?

Во-первых, новое поколение - это миллениалы. Они, в большинстве своем, инертны и безынициативны. за счет бюджетных средств сызмальства поездили по заграницам, поучились «во французской стороне, на чужой планете», благодаря блату агашек (протекционизм, коррупция и трайбализм) интеллектуально и карьерно состоялись, поняв одну важную истину: зачем нам демократические истины и идеалы? Нас и без них неплохо кормят. Им чужды такие понятия, как интересы нации, народа, который где-то внизу копошится и как-нибудь все стерпит.

Во-вторых, другая, пассионарная часть этих миллениалов - это те, кто, имея демократические воззрения, поняли, что в Новом Казахстане у них нет никаких перспектив. Они «хотели бы служить, да прислуживаться тошно» (это я говорил в конце 90-х, уходя из правительства). Эта наиболее творчески и креативно состоятельная часть молодежи, понимая всю бессмысленность самореализации в своем отечестве, голосует ногами за новые псевдореформы. Налицо утечка мозгов и… сердец (такого не было даже в конце 90-х, когда страна стояла у пропасти).

Мозги можно вернуть, а с сердцами-то как?

Фото forbes.kz