Авторитет отца, сохранившийся в памяти людей, определил многое в судьбе дочери
Однажды, будучи уже взрослой женщиной, я приняла решение сменить фамилию на девичью. Не по семейным обстоятельствам, а в память об отце, Григории Порфирьевиче Мачневе. Мне было семь лет, когда он умер. Всего семь, но всю жизнь меня сопровождала память людей о моем папе. Она оберегала меня, помогала, хранила. Накануне своего 85-летия я мысленно перебирала встречи, благодаря которым папа будто всегда был рядом.
Всего 44 года...
Он родился в 1904 году в с. Виловатого Бузулукского уезда Самарской губернии. Окончил начальную школу во Всесвятском, 2-классное Всесвятское (позднее Урицкое, Сарыкольское) училище, являлся членом ВКП(б) с 1925 года. С 15 лет батрачил, затем работал в суде писарем. В советские годы окончил губсовпартшколу, в армии служил каптенармусом, когда вернулся, был избран председателем коммуны.
Люди в ней были разные. В том числе, по рассказам мамы, желающие праздной жизни. Однажды несколько женщин из коммуны явились делить ее нарядную одежду. Она с малых лет работала у зажиточных крестьян, и они ей к замужеству подарили приличное приданое.
Мама у нас была справедливая и смелая. Она отличалась бойцовским характером, а однажды даже отходила коммунарок ухватом за то, что считала их бездельницами. За это ее тут же исключили из сообщества. Даже бычков вернули, с которыми она вошла в коммуну. И папа очень переживал, что жену председателя коммунары выгоняют из-за таких «методов борьбы» с лентяями.
Коммунарский опыт очень помог отцу потом, когда стали организовываться колхозы и совхозы. Его направили работать директором мясосовхоза «Карасуский». По воспоминаниям мамы, он сменил на должности двадцатипятитысячника - рабочего из Ленинграда. Тот бросил дело и уехал, когда весь скот уже не мог подняться от истощения. Так что опыт советской власти по направлению рабочих заводов поднимать село не везде удался.
Папа смог объединить население, животных подняли веревками, кормили мелко нарубленным камышом с солью. Папа к тому же сумел убедить людей, что только совместные усилия принесут успех.
Потом отец окончил Высшую сельскохозяйственную школу в Алма-Ате, являлся первым директором во множестве хозяйств. Например, под его руководством была создана Успеновская сельскохозяйственная школа бригадиров животноводов в Федоровском районе. Он был организатором «Узункульского», «Бестюбинского», «Краснооктябрьского» мясомолсовхозов, Кустанайского зерносовхоза. Меня сейчас просто поражает его трудолюбие, увлеченность в исполнении любого поручения партии.
Отец выжил в годы преследования и расстрелов по доносам. Мама вспоминала, что поздно вечером его кто-то предупреждал: приходили, стучали в окно. И папа скрывался у знакомых. В 1937 году, как раз когда мужа не было дома, мама похоронила их годовалого сына.
В 1939 году Григорий Мачнев стал директором Кустанайского треста мясомолочных совхозов. В начале войны занимал должность заместителя председателя облисполкома и заведовал эвакуационным отделом. Когда эвакуация закончилась, был назначен первым секретарем Затобольского райкома партии. Следующее место его работы - Кустанайский государственный трест животноводческих совхозов. На этой должности он работал до тяжелой болезни. В декабре 1948 года ему исполнилось 44 года, а 9 января он умер.
Прощались с папой в здании треста, где сейчас в Костанае расположена городская юношеская библиотека имени Ибрая Алтынсарина. Отец был награжден орденами «Трудового Красного Знамени», «Знак Почета», медалью «За доблестный труд в ВОВ», знаком «15 лет Каз. ССР», Большой серебряной медалью ВДНХ СССР. Помню, что на подушечке, с которой начиналась траурная процессия, было много наград, но после похорон ее не стало. В открытом доме нас обокрали.
Болезнь папы длилась почти год. Когда он почувствовал ее серьезность, начал строить дом на улице Московской. Он был почти готов. Конюх треста Абдрахман Мальчубаев, с семьей которого мы дружили, повез на тройке нас, трех младших детей, выбирать комнаты. Мы облюбовали каждый для себя, но остались жить в старом купеческом доме в центре города на ул. Тарана. Мама долго хранила приказ Министерства сельского хозяйства о передаче отцу нового дома, но ей в собственность отдали старый.
Как делили паек
Помню самую первую встречу с людьми, которые помнили папу. В студенческие годы мы помогали в уборке урожая на отделении совхоза «Бестюбинский». И со мной неожиданно встретился управляющий, я даже растерялась. Оказалось, он захотел увидеть именно дочь Григория Порфирьевича. К тому моменту со смерти отца прошло более 10 лет. Мы поехали на центральную усадьбу совхоза, уже застроенную первоцелинниками. И вдруг перед нами возникла длинная саманная постройка. Без крыши. Тогда мой провожатый и рассказал, что крышу из камыша разобрали на корм скоту. Папа это сделал первым в голодный год, когда кормить животных было нечем. Его примеру последовали специалисты и рабочие совхоза.
Долго я стояла перед этим домом, зашла в комнаты, в сарай, думала о непростой жизни моих родителей, о том, как все изменилось с освоением целинных и залежных земель.
Родные мамы были переселенцами с Украины. Отец Михаил не вернулся с Первой мировой, остались во Всесвятском жена Варвара с четырьмя детьми, мама была старшей. Окончив один класс церковно-приходской школы, вынуждена была батрачить. Но свою главенствующую роль в семьях сестер и брата сохранила навсегда. Они все до конца своих дней жили, помогая другу.
Мама стала для меня примером альтруизма. Папу в начале войны призвали в армию, затем вернули и назначили заместителем председателя облисполкома. Он сутками находился на работе. У него была бронь, семье выдавали продуктовый паек. Его мама делила с голодающими. Помню, приходила к нам побирушка в лаптях и обмотках до колен, на поясе звякали котелки, фляжки. Мама готовила борщ, кашу, компот в огромных кастрюлях. Разливала все это по посудинам, до сих пор помню этот запах. Я наблюдала, как та женщина делилась с нищими, которые ее ожидали около дома.
Моя дорогая мамочка всю жизнь металась между детьми, родными, помогая то одному, то другому. Старший сын был рано призван на фронт, воевал на Украине и в первом же бою получил тяжелое ранение. Мама поехала к нему в госпиталь в Алма-Ату, а после выписки он продолжил службу на Дальнем Востоке. Уже в мирное время тяжело заболела и нуждалась в помощи ее старшая дочь Вера, которая в войну была сиделкой в госпитале.
Прощаясь с нами перед кончиной, папа говорил, чтобы мама простила его за то, что он «испортил» жизнь двум старшим детям - Володе и Вере, оставив их без возможности получить образование, и просил дать высшее образование всем остальным, потому что считал нас одаренными. Целовал нас со слезами на глазах. Это расставание я запомнила на всю жизнь. Мама все выполнила: четверо младших детей получили высшее образование. Она всегда приходила на помощь, когда болели мои дети, чтобы я могла работать. Мама считала, что я преподаю сложный предмет.
Память-хранительница
Я в 1963 году окончила физико-математический факультет Костанайского пединститута. Начальник областного отдела образования Яков Березан, прежде работавший с папой, сказал: «Светлана, поедешь на родину отцов, в Урицкий район». В совхозе «Тагильский комсомолец» я пришла в школу, объяснила в приемной, что нуждаюсь в жилье. В кабинете директора присутствовал первый секретарь Урицкого райкома партии Дмитрий Брусник. Во время работы отца в коммуне он был активным комсомольцем. Помнил папу как умелого организатора, пользующегося большим авторитетом в Урицке. Сказал директору совхоза, что плохим учителем дочь такого человека не будет никогда и надо создать мне условия. На протяжении всей моей жизни Дмитрий Яковлевич наблюдал за мной, где бы я ни работала.
В Тагильской школе я встретила замечательного педагога, человека энциклопедических знаний Василия Амельяновича Шалабаева. Учитель истории, он решил создавать историю совхоза. Там было 7 отделений, которые когда-то были в коммуне. Коммунары сохранили память о председателе, его фотографии, помнили, что мой отец спас коммуну в тяжелые годы голода и все относились к нему с огромным уважением.
Меня назначили заведующей Урицкого отдела образования. Район был огромен, а транспорта добираться до школ нет. Первый секретарь райкома, Герой Социалистического Труда Николай Васильевич Гноевой решил передать районо машину, которая готовилась к списанию. Посмотрела я на нее и испугалась: что делать с этим хламом? Поехала в Казсельхозтехнику, которую возглавлял тогда бывший папин водитель из треста совхозов Артем Иванович (Ованесович) Шадикян. Рассказала ситуацию. Он говорит: «Привяжи чем-нибудь колеса и перетащи ее ко мне». Через месяц ГАЗ-69 было не узнать: все было заменено. Я с испугом спросила о стоимости ремонта. Артем ответил, что в образовании таких денег нет, поэтому ничего не должна. Я вспомнила, как часто приходили маме на помощь Артем и его жена Мария после смерти папы. Так постоянно возвращалась ко мне память о папе от его друзей, коллег.
В 1975 году я была избрана секретарем Урицкого райкома партии. И снова - встреча с человеком, который пережил с папой трудные годы коммуны. Тогда Трофим Григорьевич Кузьменко был совсем молодым и работал конюхом. Вспоминал, как дни и ночи они развозили муку, которую коммуна получала для голодающих как помощь. Часто приходилось откапывать землянки, чтобы передать муку людям: бураны были долгими, дороги - непроходимыми. Трофим Григорьевич рассказывал о папе как о человеке душевном, который был благодарен коммунарам за их понимание ситуации и верил, что наступят лучшие времена. К молодому конюху Григорий Порфирьевич относился с уважением, как к равному.
И лучшие времена наступили: Кузьменко стал бригадиром животноводства, затем - председателем колхоза. Он был участником ВДНХ СССР, награжден орденом «Знак Почета», живым прошел всю войну, имел много наград.
Секретарем райкома партии я работала более 9 лет, оттуда была переведена заведующей отделом науки и учебных заведений обкома партии. И в эту пору встретилась с подругой детства, ставшей детским доктором Купей Абдрахмановной Мальчубаевой. Их дом стоял во дворе треста совхозов, ее мама первая встречала приезжающих директоров совхозов и специалистов горячим чаем с баурсаками после долгой дороги, знала все новости. Мы дружно росли в огромном дворе, любили конюшню, где главным был отец Купей. Дочь выросла активной, мы всегда хорошо общались, она неизменно приходила на помощь, когда болели внуки.
Помни имя свое
Еще одна встреча, где прозвучало имя папы, состоялась на бюро Костанайского обкома партии. Я докладывала о состоянии агитационно-массовой работы, об опыте откорма скота в совхозе «Барвиновский». Успехи были значительными. И вдруг первый секретарь обкома Андрей Михайлович Бородин с высоты своей должности признался: «Всю жизнь хотел научиться откорму скота у Григория Порфирьевича, но достичь его успехов мы не смогли до сих пор».
Я не поленилась в областном архиве изучить информацию о результатах работы животноводов в те времена, когда папа был директором треста совхозов. И показателями была поражена, а ведь тогда на откорме не использовались искусственные стимуляторы роста.
Расставаясь с Урицким районом, где пролегали самые важные мои жизненные дороги, я и решила в память о папе изменить фамилию на девичью.
А район этот был действительно особенным. Казалось, звенел от трудового азарта. В сборнике «Высокое сознание долга», изданном в 1980 году, последнем году 10-й пятилетки, есть и моя статья. «За три года до начала целинной эпопеи Урицкий район сдал государству три миллиона пудов хлеба, а за три года десятой пятилетки Родина получила от него 71 миллион пудов, - говорится в ней. - Это ежедневный подвиг наших трактористов, комбайнеров. Мы победили в социалистическом соревновании по сдаче хлеба государству».
Наш район соревновался с Карасуским, у каждого комбайнера - свои соперники по намолоту. Однажды приехала по делам в Карасу и вижу в 6 часов утра в центре поселка «Молнию» с сообщением, сколько намолотил их лучший комбайнер Бреус. В 8 утра я уже была у нашего победителя в районе Сексенова, чтобы настроить его на новый рекорд. И рекорд состоялся. В тот год Газис Нуртасович Сексенов стал Героем Социалистического Труда.
Сама я за работу удостоилась медали «За трудовую доблесть», ордена «Трудового Красного Знамени». Продолжателем работы в сельском хозяйстве стал мой сын, Игорь Бобренко. Он агрохимик, окончил Ленинградский государственный аграрный университет, доктор сельскохозяйственных наук, профессор, заведующий кафедры агрохимии и почвоведения в Омском госуниверситете. В 2022 г. стал лауреатом национальной премии «Профессор года», в 2023 г. - победитель Всероссийского конкурса «Золотые Имена Высшей школы», а в 2024 г. - лауреат национальной премии имени П. А. Столыпина, академик Международной академии аграрного образования. Думаю, дед бы внуком гордился.
Невольно задумываюсь, простые ли совпадения все эти встречи на дорогах жизни с теми, кто знал моего отца. Так или иначе, но я благодарна судьбе за них, за воспоминания о папе как о труженике и благородном человеке. Убеждена, что в моей успешной профессиональной деятельности есть его влияние, и горжусь тем, что всегда следовала его примеру.
Светлана МАЧНЕВА, почетный гражданин Костанайской области