Вперед в каске и с парашютом - Что может появиться в музее «Большевички» в следующие 85 лет

В этом году швейной фабрике «Большевичка» - 85 лет. В честь славной даты выпустили книгу, чествовали ветеранов, недавно выставку устроили и… продолжили работать. История же - штука такая, делается сию минуту. И если вчерашний день фабрики в экспозиции был представлен знаменами коллектива-победителя социалистического соревнования, детскими костюмчиками и джинсовыми юбками, то сегодня на «Большевичке» выпускают изделия, которые с ходу вообще к швейному делу не отнесешь.

Шлем вместо юбки

Кстати, пять красных знамен с золотистым шитьем по бархату и шелку сейчас стоят в одном из цехов. Вполне гармонично соседствуют с современным оборудованием, взятым несколько лет назад в лизинг для модернизации производства. Символизируют жизнестойкость предприятия, которое имя не сменило, на части не развалилось и с вызывающим уважение упорством ищет себя в переменчивой экономической реальности.

Подумайте, давно нет в Костанае советских гигантов КСК и КЖБИ, уже быльем поросла память об известном на весь Союз заводе химволокна, а «Большевичка» жива.

Конечно, сегодня она другая. Например, практически не выпускает изделия сегмента массмаркет. И это привычный повод для потребительских претензий.

- Мы бы с удовольствием шили юбки. Но экономического смысла нет. В страну огромными партиями ввозится аналогичный товар, оформленный по системе карго, где стоимость логистики $1,5 за килограмм. Поставщик фактически платит лишь за вес изделия. Такую вещь можно продавать и за 3 000 тенге, мы с нею по цене конкурентны быть не можем, - пояснил суть проблемы председатель наблюдательного совета ТОО «Большевичка» Арсен ЖЕТПИСПАЕВ. - Есть еще несколько условий, которые не в нашу пользу. Они сформировались даже не вчера. Мы через Ассоциацию предприятий легкой промышленности предпринимаем усилия, чтобы изменить ситуацию. Но все идет очень медленно. Слишком медленно для предприятия, которое должно быть загружено работой каждый день. В августе этого года правительством утвержден комплексный план развития отрасли. Но механизмы, предусмотренные в нем, еще не действуют. Все законодательно принято, но на деле писано вилами по воде. Так что ситуация на протяжении многих лет вынуждает нас идти в другие ниши, осваивать другие направления. Принцип простой: делать то, что не могут другие. Опыт, знания и потенциал людей на «Большевичке» позволяют нам делать это. Все, что изготавливается из ткани, мы можем выпускать. Например, научились и производим противоударные, противопулевые шлемы, бронежилеты, противоосколочные костюмы.

Ткань против пули

На фразе про текстиль и противопулевые шлемы мозг человека несведущего начинает закипать. Как это?

- В бронежилеты вкладываются защитные панели. Основа их - ткань, которую мы режем, склеиваем, прессуем при высокой температуре. То есть вот эта очень жесткая плита - по природе своей текстильное изделие, - Жетписпаев взял в руки, получается, кусок брони. - Со шлемами - то же самое. И если в жилетах защита дополняется еще керамикой из карбида бора, то шлемы - 100-процентный текстиль. Ткань прессуется, усилие, с которым давит на заготовку пресс, - 500 тонн. В прошлом году мы запустили производство авиационных шлемов для военных летчиков. Сегодня на пальцах одной руки можно сосчитать компании, которые в мире это делают. А в основе - опять же ткань. Но уже не та, что используется при выпуске пулестойких изделий, а стекловидная. Я сам ездил в Индию, Китай, Малайзию, изучал технологии изготовления. Конечно, и технолога мы отправляли туда на заводы. Изготовили первую партию этих шлемов.

Памяти химволокна

Когда мы обсуждали концепцию этого материала, решили, что будем во время экскурсии по цехам «Большевички» мысленно отбирать экспонаты для следующей юбилейной выставки. Точнее, для музея, который здесь собираются создать. Прикидывали, что надо точно сохранить как предметы профессиональной гордости, свидетельства истории.

И, наверно, там должно найтись место для лоскутов желтоватой ткани, той самой, из которой прессуют броню и шлемы. Один более жесткий. А вот второй образец эластичный, но оттого не менее прочный, огне- и теплостойкий. Производится из волокна, близнеца того, что когда-то выпускалось в Костанае.

До 1988 года в мире было всего два производителя метаарамидных материалов - в США и Японии. Поэтому завод в Костанае по праву называли уникальным, в СССР он был единственным. Работал до 1996 года. История развала длинная и досадная. И государством, и частными инвесторами предпринималось несколько попыток реанимировать производство, но они заканчивались либо полным фиаско, либо тюремным сроком за мошенничество. В 2013 году все окончательно стихло.

Есть данные, что часть оборудования была продана в РФ, и предприятие, находящееся в городе Каменск-Шахтинский (Ростовская область), производит химволокно, аналогичное костанайскому.

- Наш завод должен был иметь подразделения в Рудном и Лисаковске. В Рудном даже запустили экспериментальный цех в конце 90-х. Я с человеком, который им руководил, обсуждал вопрос восстановления технологической цепочки… Но сейчас это уже невозможно. А в Шахтинском до сих пор эту нить делают. И она по своим качествам, по всем техническим характеристикам намного лучше, чем продукция всех иностранных производителей, - сказал Арсен Жетписпаев.

Высший класс

Стоим в экспериментальном цехе. На столе - заготовки шлемов, бронепанели, на вешалках - образцы продукции. Один костюм я заприметила еще на недавней выставке. На манекене он смотрелся почти элегантно. Смотри, как научились спецовки шить, да какие навороченные - накладки, карманы, говорила я себе, осматривая экспонаты. Оказалось, что фабрика выставила напоказ противоосколочный костюм.

- Предназначен для военных, спецназа, действий в условиях вооруженных беспорядков. Весит более 20 кг потому, что бронеплиты с керамикой, фактически имеет защиту от дронов, - тоном экскурсовода рассказывает про модель директор ТОО «Большевичка» Сергей НУРОВ, - у него высший класс защиты.

На столе лежит бронепанель с пулевым отверстием: вход есть, выхода нет. Увязла пуля. Отстреливали образец, подтверждая класс защиты, снайперской винтовкой Драгунова. Лаборатория в РФ, аккредитованная, независимая.

Начальник экспериментального цеха Антонина ШАБАНОВА показывает образцы других изделий. Через одно - эксклюзивных.

- Вот плащ-накидка. Такие мы шили и для МЧС, и для министерства обороны, и для национальной гвардии. Ткань прорезиненная. Изделия тонкие, легкие, прочные, - показывает она. - Рабочую одежду тоже шьем, конечно.

Костюм металлурга здесь назвали собственной разработкой мирового уровня. Двухслойное нательное белье, которым комплектуются военные костюмы, считают уникальным.

Верхний слой - пассивный, а нижний - активный, пот отбирает, обратно не возвращает. А впитывается влага в пассивную часть. Для металлургов делают такое белье еще и огнестойким.

Снимаем с кронштейна шикарный костюм для людей, чей образ жизни включает экстремальные условия: вода, шторм, жара, мороз.

- Это пока не мы шили. Австрийский бренд «Каринтия». Взяли как образец. Изучаем. Стоит около миллиона тенге. В нем функционально все до мелочей: карманы, сетки, петли, вентиляция. Хотим сделать казахстанский аналог, - говорит Жетписпаев.

Первый в истории

В одном из цехов машинки строчат облака серовато-голубой ткани, очень тонкой и легкой даже на вид.

- Я сейчас шью запасной парашют, - отвечает на мой вопрос швея Марина ТРУБЧАНИНОВА, - изготавливаю его полностью, на это мне нужно два дня. Здесь не поторопишься, изделие ответственное. Если дальше пройдете, увидите, как основной парашют девчата шьют.

Мы увидели и это, и парашют, собранный в ранец, и даже то, как красиво в небе раскрывается его крыло: синее с желтой полосой - в цветах государственного флага.

Прыжок и приземление, правда, все-таки смотрели на видео. Но все остальное можно было потрогать руками. Южнокорейскую ткань с нулевой воздухопроницаемостью, сверхпрочные нитки, которые нельзя разорвать, можно только порезаться. Можно было и тяжесть 15-килограммового ранца за плечами ощутить. Ну, точно музейная вещь.

- В 2025 году мы освоили производство парашютных изделий, - рассказывает Арсен Жетписпаев. - Он первый такой в истории Казахстана: разработан здесь и шьется у нас. Прыжок, который вы видели, произвел наш испытатель, у нас есть свой промышленный парашютист. Он проводит заводские испытания. У этого парашюта есть несколько конструктивных особенностей, в том числе система открытия, которая позволяет десантироваться на скорости самолета 280 км в час. Наш парашютист выполнил уже почти 100 прыжков. Для нас это изделие - предмет гордости.

В старом - новое

На «Большевичке» сейчас, кажется, все пребывает в состоянии реконструкции. Меняется и фасад, и скрытые от глаз тылы, в том числе помещения корпуса, сгоревшего в 1993 году. Там заменили все окна, благо стеклопакеты изготавливают сами, сделали наружную облицовку алюмокомпозитными панелями. Разработка дизайнера «Большевички». Красивые и несгораемые.

Кстати, для нового аквапарка «Осьминог» фабрика на своем оборудовании нарезала такие же.

В обновляемом корпусе кардинально переделывают помещение одного из пошивочных цехов. Размеры у него прямо-таки замечательные - длина 120 м, плавательному бассейну фору даст. Так вот, там будут офисы, открытые и прозрачные, переговорные, залы для встреч.

- И здесь же мы готовим несколько аудиторий для учебного центра, - поясняет Сергей Нуров. - Ведем переговоры о том, чтобы подготовку швей в училище бытсервиса делали на нашей базе. Помещения у нас есть - раз, имеем возможность оснастить их, как следует, - два, наши технологи будут читать лекции - три. То есть предлагаем дуальное обучение на базе производства. А дальше есть идея - на основе этого учебного центра создать институт моды и дизайна. Планов много, все вполне реальные.

В корпусе, который сейчас активно восстанавливается, уже определено место и для музея «Большевички». Недостатка в интересных экспонатах точно не будет.