Главная тема в Казахстане сейчас - задержание председателей правления акционерных обществ ФНБ "Самрук-Казына" Нурлана Жакупова и "Қазақстан темір жолы" Елжаса Отыншиева, а также других неназванных лиц. А также видео с разбросанными купюрами и чемодана с долларами возле ЖК в Астане.
Мы собрали наиболее интересные комментарии пользователей Facebook к этим новостям.
Миллионы казахстанцев сегодня поняли, что у них нет вообще никакого плана, если они вдруг найдут сумку с миллионами долларов. Ни чёткого плана, ни понимания, как инвестировать, сохранить, легализовать такую находку. И ноль желания платить государству хоть какие-то налоги... Печалька.
А вы это, опубликуйте список ЖК, где живут руководители нацкомпаний и министры. Готов принять чемоданный удар на себя. У меня даже каска есть.
Раньше Астана был город летающих пакетов, потом построили «Зелёный пояс», ветер ослаб и теперь Астана – город летающих из окна чемоданов с зеленью.
Вспомнилась история из начала 80-х (меня тогда ещё не было) - в Костанае ОБХСС пришёл с вопросами к руководителю некоего треста и настойчиво давай стучаться в двери. Где-то даже кувалдой, потому что дверь была железная. А хозяин дома в это время с женой успели слить в канализацию около двух тонн сахара. Ещё полторы тонны, правда, не успели – дверь хоть и железная, но все-таки.
Потом, кстати, к герою «на фазенду» ещё заехали – дом в пригороде, который оказался не двухэтажный, а четырёх (два этажа вниз). И там обнаружился какой-то фантастический запас листового чая, холодильников и ещё чего-то дефицитного.
Сидел, кстати, человек очень достойно – на выходные приезжал погостить к семье.
P.S. 80 миллионов – тоже сумма немного странная, как будто не полная. А если отталкиваться, условно, от $1,95 млрд стоимости некоего контракта, то где-то ещё есть сумки и чемоданы.
Какая все же черствая, неблагодарная у нас публика. Вся страна зубоскалит над одиноким чемоданом с долларами, который в среду с такой грацией спланировал из окна элитного дома на улице Кунаева прямо под ноги оперативникам. Нет чтобы порадоваться за родную экономику. Нам столько лет обещали каскадный эффект и прямое просачивание валютной ликвидности с верхних этажей национальных холдингов вниз, к простым людям на тротуар. И вот оно случилось буквально, в плотной банковской упаковке, с экспресс доставкой по воздуху, а граждане опять ворчат.
И ведь какую племенную ферму разорили чекисты! Нам же полтора десятка лет внушали, что корень всех бед таится в угрюмых советских хозяйственниках, что спасут казну исключительно юноши со светлыми лицами, дипломами МГИМО да Физтеха и благородным загаром лондонских инвестбанков. Вспомните, какими трогательными, худенькими, почти прозрачными котятами заходят эти птенцы Ротшильдов и большой четверки в стеклянные двери Левого берега. Прижимают к груди тощую папочку с таблицами эффективности, робко здороваются с охраной на турникете. Но проходит пара зим у государственного корыта, и случается чудо обмена веществ: шерсть лоснится, щеки важно ложатся на воротник, ведомость собственных бонусов на семь с лишним миллиардов стыдливо прячется под сукно коммерческой тайны, дневной кофе в пятизвездочных отелях плавно перетекает в вечерний, старый друг молодости садится рулить всеми поездами республики ровно на 114 счастливых дней. Такого целебного микроклимата ни в одном Сити не сыщешь, там за подобные шалости по скучной британской привычке вызывают полицию задолго до второго эспрессо...
Отдельных оваций заслуживает железнодорожный балет. Ровно в те часы, когда главных машинистов квазигоссектора разводили по кабинетам следователей, с перрона столицы торжественно покатился состав из золотых вагонов по полтора миллиарда за штуку, которые почти год простояли в тупике со сломанными тормозами.
Тормоза в этой системе вообще давно признаны вредным предрассудком. Набрать под пять триллионов долга, за 48 часов до приезда конвоя деловито выписать всей стране новый повышенный тариф, потерять в собственных шкафах протоколы тарифного комитета сразу за четыре года, а своих же редких инженеров и безопасников, посмевших включить на станциях честный цифровой учет и камеры против воровства, упечь на реальные сроки в колонию.
Что ж... Такую управленческую школу грех не клонировать...
А правительству пора проявить элементарное милосердие к уставшим труженикам Левого берега и подписать наконец одну коротенькую бумагу о полной ликвидации этой фабрики летающих чемоданов. Хотя бы из чистого гуманизма, чтобы в следующий раз случайного прохожего на улице Кунаева 5 не пришибло сверху пачкой сэкономленных государственных дивидендов.
Задержания руководителей «Самрук-Қазына» и КТЖ по подозрению в коррупции вновь ставят вопрос о контроле над средствами государственных компаний. Виновность конкретных лиц установит суд. Но обсуждать изменения в самой системе управления необходимо уже сейчас.
Принцип «Закон и Порядок» должен в полной мере действовать и в квазигоссекторе. Это означает единые правила расходования средств, прозрачность решений и ответственность за нарушения независимо от должности.
Моя позиция: тотальная прозрачность квазигоссектора и закупки по общим правилам.
Нынешняя открытость остаётся частичной. Публикуемый сейчас общий бухгалтерский баланс мало что объясняет гражданину: кому перечислены деньги, за какие работы, как определена цена и что получено в результате. Публикация итоговых показателей сама по себе не обеспечивает подотчётности.
Нужна доступная и подробная финансовая информация, позволяющая проследить расходы до конкретного договора и его исполнения. Должны быть открыты сведения о поставщиках и их конечных владельцах, стоимости работ, изменениях договоров и результатах приёмки. Эти данные необходимо публиковать в форме, удобной для поиска и проверки.
Закупки группы «Самрук-Қазына» следует перевести в общую систему государственных закупок. Единые требования к конкуренции, раскрытию информации и обжалованию решений должны распространяться на весь квазигоссектор. Для закупок из одного источника нужны узкий перечень оснований и публичное обоснование каждого решения.
Коммерческая тайна и якобы корпоративные правила не должны служить универсальным объяснением закрытости. Государственные компании распоряжаются общественным ресурсом, и граждане вправе знать, как он используется.
«Закон и Порядок» в управлении государственными активами начинается с возможности проверить, кто принял решение, на каком основании потрачены деньги и какой результат получен. Такой контроль должен быть повседневным, а не возникать лишь после очередного задержания.
Фонд национального благополучия. Для отдельных граждан.
Есть в нашей экономике особый жанр — надстройка над надстройкой. Министерство управляет отраслью, правительство управляет министерствами, а между ними, как мраморный мезонин на хрущёвке, стоит «Самрук-Казына». Красиво, дорого и непонятно зачем.
Видео где чемоданы с разбросанными долларами валяются под балконом, и их с огромной грустью наблюдают полицейские и другие службы наталкивают на мысль - а зачем ты столько «работал», врал, воровал, интриговал, чтобы в первый же тяжелый случай выкинуть все через балкон? Значит все-таки не так ценны эти бумажки, когда вопрос стоит собственной свободы и репутации? А зачем тогда воровать и так рисковать, если все равно выкинешь через балкон? Непонятно…
Но оставим их следствию: вину еще надо доказать. Лучше поговорим о том, что очевидно и без приговора.
В 2022-м президент назвал фонд громоздкой и непрозрачной структурой, куда назначают «политически значимых людей». Он пообещал, что если реформа провалится, в небытие уйдёт не только руководитель, но и сам фонд. Это редкий случай, когда госорганизации прямо выписали свидетельство о смерти с открытой датой. Потом что-то пошло не так. Видимо, нашлись убедительные люди с презентациями.
Фонд реформировали, оптимизировали и трансформировали. В итоге у него 88 млрд долларов активов, тысячи управленцев в Астане и сокращения, которые начались, только когда президент публично вспомнил про «левобережных чиновников». Премьер тем временем жалуется на сорванные сроки проектов. А теперь первое лицо холдинга и глава его крупнейшей «дочки» встречают утро в одном и том же ведомстве.
Я всегда задевалась вопросом, почему КМГ, КТЖ, Казатомпром и Air Astana не могут отчитываться перед правительством и парламентом напрямую? Ведь каждое промежуточное звено добавляет своё правление, свои закупки, свой бюджет и свой уютный угол, где теряется ответственность. Прослойка в экономике работает как прослойка в торте: чем она толще, тем меньше видно, что внутри.
Вот Вам факты. ВАП за год назад насчитала в группе фонда 326 компаний на шести уровнях управления. Десятки из них годами ничего не делали, ещё 41 закончила 2024 год с убытком. Чтобы отследить движение одного тенге сверху вниз, нужен не аудитор, а спелеолог. С 2020 года по осень 2024-го из 175 инвестпроектов группа завершила 49. В 2025 году из 120 проектов закрыли 10. Программа трансформации 2018–2021 годов должна была вывести восемь компаний на уровень зарубежных аналогов. Цели не достигли, а реальная выгода оказалась вдвое меньше обещанной.
И куча долгов, которые никуда не делись. Холдинг существует, чтобы «повышать эффективность». При этом у КТЖ к середине 2025 года накопилось 2,7 трлн тенге долга. Надстройка, которая не спасает самую проблемную «дочку», выглядит как декорация, а не как управленец.
Как живут без мезонина?
В Норвегии государство владеет 68 компаниями напрямую, и ими управляют профильные министерства. Например, 67% Equinor, одной из крупнейших нефтяных компаний Европы, контролирует Министерство торговли и промышленности. Там же лежат госпакеты Statkraft, Norsk Hydro и Yara. Никакого суперхолдинга между министром и советом директоров. Есть ежегодный отчёт парламенту по каждой компании: зачем государство ею владеет и чего от неё ждёт.
В Швеции госкомпаниями с 1969 года управляет специальный департамент внутри правительства, при Министерстве финансов. Это Vattenfall, LKAB, Sveaskog и ещё несколько десятков компаний. Не отдельное АО со своим правлением, бюджетом и закупками, а отдел в министерстве с понятной ответственностью перед риксдагом.
Нефть у нас есть, железная дорога есть, атом есть. Не хватает только простой схемы, при которой за каждую компанию отвечает конкретный министр, а не «фонд», «правление фонда», «управляющий директор фонда» и «совет директоров дочки фонда».
Вобщем не зря президент сомневался. Пора вернуться к его собственным словам и довести дело до конца. Реформировать «Самрук-Казыну» поздно. Её пора отпустить с миром. Заодно столько денег в дефицит бюджета вернется.
И в завершение - подборка комментариев из других соцсетей на нашем аккаунте в Instagram