Не стало человека, который сформировал дух и принципы «Нашей Газеты»

Почти семнадцать лет Ольга Германовна Колоколова была главным редактором «НГ» - издания, которое она с младенчества довела до осмысленного совершеннолетия. Стаж ее онкозаболевания был на несколько лет длиннее. Кажется, про такие вещи не принято писать, но это сопоставление знаковое. После операции и тяжелого периода восстановления Ольга не побоялась оставить спокойную гавань крупнейшей в регионе газеты и ринуться в новое дело. Не просто сменить место работы, а начать создавать принципиально другое издание. Она рискнула и отвоевала у смерти много лет насыщенной, деятельной жизни. Какой запомнили Ольгу мы, команда «НГ», и другие коллеги - в этой публикации.

Редакция «Нашей Газеты» готовится отмечать 15-летие. Выстраиваем фото для первой полосы праздничного номера

Чертовски хочется работать

Из множества людей, которые с ней общались, почти никто не знал о ее угрозе. А кто знал, начисто забывал. Однажды, на самой зорьке «Нашей Газеты», мы с ней готовили материал о получении каких-то огромных пособий многодетными семьями. Готовили по-репортерски: ходили по домам, стучали в двери, задавали вопросы. И был адрес, который нам не давался. В Костанае, на улице Гоголя, в той прерывистой ее части, которая ведет к старому автовокзалу.

Мы в десятый раз утюжили весенние холодные лужи на одном и том же отрезке, не понимая, где чертов дом. Остановились передохнуть, и я сказала: «Германовна, видели бы нас коллеги. Две известные журналистки, как практикантки, носятся по грязи, сапоги вдрызг размокли». Она засмеялась: «Прикинь, а нам мерещилось, что мы крутую газету сделаем двумя щелчками пальцев... Пошли уже. Чертовски хочется работать». И мы поплыли дальше.

У нее тогда еще двух лет не прошло после операции. Другие себя в таких случаях берегут, как коллекционный хрусталь. А Ольга пахала, скоро взвалив на себя сумасшедшее по нагрузкам редакторство «НГ», которое бесконечно прирастало обязанностями. Появился сайт, куча трудоемких проектов самой газеты: вроде сбора новогодних елок или поиска людей, грантовых программ типа «Посмотри на звезды», которые потом перерастали в собственные благотворительные аналоги.

Ольга Колоколова и Владимир Катков - два редактора с первым номером «НГ», нет уже обоих

Она внедрялась во все. Ей-богу, если бы жертвователи знали, что Колоколова сама гуглит по часу в поисках тех санок для ребенка с ДЦП, которые единственные ему нужны, или придирается к ведущему проекта, требуя еще раз выяснить у родителей инвалида, на что конкретно они потратят деньги, благотворители давали бы больше. И когда я, уводя ее в самый раскаленный момент хлебнуть кофейку, шипела задушевно: «Ну чего ты орешь? Знаешь же, что там сто раз спрошено», она признавалась, что по-другому не может. И искренне не понимала, что на эту ее настырность можно всерьез обидеться. Потому что других мерила по себе. А она ради дела готова была на все.

Крошечная деталька: зимой Ольга ставила будильник на пять утра, чтобы не пропустить сигнал управления образования об отмене занятий в морозы. Информация должна была появиться на сайте и в нашем инстаграм-аккаунте максимально быстро. Так и вижу картинку: диван, рядом - планшет, айфон, и главный редактор газеты, которая уже бесспорно состоялась, известна как одно из немногочисленных реально независимых в Казахстане СМИ, дважды лауреат национальной премии Award.kz, по звонку открывает в ночи глаза и тычет в засветившийся экран, набирая сообщение.

Про честные, в очередь с замом, дежурства в выходные уже и не говорю. Сидишь этак на даче с шашлыком и винцом, у Германовны рядом с шампуром редакционный телефон брякает. Идут сообщения о пожаре, ДТП, градобое или неурочном цветении вишни. Надо оценить, поднять по телефону пребывающего где-то в неге корреспондента, выслушать его любезное «да пошло оно все», послать-таки беднягу в нужном направлении или написать инфу самой, сделав пару-тройку звонков. С этим Германовна никогда не чинилась. В ней не было ни грамма должностных амбиций, ни капли дешевых понтов, гипертрофированного ощущения собственной значимости.

Надо резать колбасу для междусобойчика - легко, надо ехать в облакимат на автобусе - еще легче, надо защитить корреспондента от наезда раздраженных героев публикации - само собой. А если напортачил, то всыпать ему по первое число - с нашим удовольствием.

Ольга - корреспондент областного радио, через плечо - тяжелый «репортер» / Фото с сайта kostanay1879.ru

Высший же колоколовский кайф - это когда твой человек на брифинге засыпает спикера острыми вопросами. Или когда материал эксклюзивен, дозвонен в десятках мест, вылизан до хирургической точности. Она засылает его на верстку после правки и со вкусом произносит: «Ну если мы нигде не набрехали, завтра будет шум».

Больничных практически не брала. Даже полужестом не позволяла себе бить на жалость, тем более требовать особых условий. Когда несколько лет назад болезнь догнала ее второй раз и она, сидя за столом главреда, по десять раз на дню заходилась в удушающем кашле, редакция, слыша его, притихала. Она бросала в рот леденец с тройной мятой, трудно выдыхала и начинала пушить кого-то за провалы в материале. «Мясо где? Изюма нет», - громогласно оценивала она качество текста, исполненного корреспондентской «мОлодежью» и «пОдростками». Крыть оказывалось нечем, ибо она была прежде всего классным журналистом. Начинался процесс доводки материала, и коллектив немного отпускала тревога. Колоколова, как вечный двигатель, справится.

Так было до последних дней ее редакторства. Год назад скорая увезла ее прямо из кабинета. Она еще поднялась, но работу оставила. Вошла в состав экспертной группы - оценивала номера. Снялась для нашего фирменного календаря, красивая, в ярком платье, под фото - слова о том, что людям всегда нужно строить планы. А ее аватарку в WhatsApp до сих пор сопровождает утверждение «Жизнь прекрасна!».

«Наша Газета» была для Ольги самым длинным проектом в жизни из числа начатых с нуля. Но в него она пришла вполне ограненным бриллиантом. Кроме штучного таланта, имела большущий опыт, в том числе организационный.

Вообще, она адски много работала. С самой юности. Рано лишилась матери. И дальше жизнь сложилась так, что все самое главное в ней Ольга определяла сама. И зарабатывала на это главное тоже сама. Поступила на журфак УрГУ, хотела быть, впрочем, даже не журналистом, а критиком. Была литературно одаренной девочкой, любила сложную прозу и поэзию, разбиралась в кино. Учиться могла позволить себе только заочно, о чем, впрочем, никогда потом не жалела. Даже наоборот. Говорила, к тому моменту, когда ее профессионально нецелованные ровесники предъявляли в редакциях свои дипломы, она уже была настоящим корреспондентом.

Журналистика ее затянула. Она работала в районке - газету «Строитель коммунизма» всегда вспоминала тепло и с юмором, на областном радио. Вышла замуж, стала матерью. В доме Колоколовых, художника и журналистки, обожали собираться друзья и знакомые, наслаждались общением, вели вольнодумные разговоры о том, что жить душновато. Время подбиралось к 90-м. Ольгу позвали делать TV, она стала главным редактором телеканала «Алау». Любила вспоминать, как это было ново, интересно. Потом организовывала радио «Костанайских новостей». Параллельно писала в эту газету и была собкором «Каравана». Отличным собкором золотой для издания поры. Да и в «КН» ее материалы часто были гвоздевыми.

В «Костанайских новостях». Колоколова везде очень хорошо работала, не умела иначе / Фото из личного архива

С таким багажом она в 2002 году и начала работать в «Нашей Газете». Самое главное, на чем те, кто начинал «НГ», сошлись с ее издателем Сергеем Миролюбовым - здесь никогда не будет скрытой рекламы, заказных материалов, в том числе госинформзаказа. На том до сих пор и стоим. И Ольга колоссально много сделала для этой устойчивости.

Следствием непродажности стал и тон публикаций «НГ» - никакого менторства, газета не выше читателей, она часть общества, плоть от плоти его. Подтверждением тому стал проект «Гражданские журналисты», который мы успешно реализовали уже дважды. Оба раза успешно. Обычные люди проявляют свою активность, готовя публикации по важным для них темам. Этот уникальный по значимости опыт тоже начинался с Ольги, которая блестяще отработала с гражданской редакцией в 2020 году. Совсем недавно.

Когда она умерла, в соцсетях было много соболезнований.

Люди желали «НГ» не изменять принципам, держать марку. Провожая Ольгу Германовну в последний путь, издатель Сергей Миролюбов заверил, что проект газеты «Нужные деньги» перерастет в Фонд имени Ольги Колоколовой. Чтобы память о ней всегда ассоциировалась с добрым делом.

С ней было сложно, но не скучно

Тимур ГАФУРОВ, главный редактор «Нашей Газеты»:

- Ольга Германовна была главным редактором «Нашей Газеты» 17 лет. И все это время я был ее заместителем. Конечно, отношения были сложные, спорили до крика на планерках, обижались друг на друга ну прям насмерть… Ольга была человеком очень эмоциональным. Искры непонимания летели во все стороны. Каждый из нас считал правильным только свое мнение. Но вот что интересно: из этого соединения/столкновения Ольгиной импульсивности и интуиции, с одной стороны, и моей занудности и методичности - с другой, зачастую получалось найти тот поворот в развитии сюжета для статьи, который и делал публикации в «НГ» интересными для читателей и влияющими на решение описываемой проблемы.

Ольга была профессионалом очень высокого уровня, с огромным опытом. Она могла простить корреспонденту неграмотность или отсутствие навыков - это исправимо. Единственное, что для нее было неприемлемым, - малейшее проявление равнодушия к делу.

Ольга ЛИХОГРАЙ, обозреватель «НГ»:

- Ольга Германовна была требовательная, критичная, не позволяющая расслабляться ни нам, ни себе, настоящий мотор «НГ». При сдаче ей материалов порой хотелось провалиться сквозь землю, потому что со стороны редакторского стола могло раздаться: «Какой бред!» или «Блеск!» На все «сырые» материалы она реагировала эмоционально, резко, но по сути всегда была права. А за удачный заголовок или хорошо сделанную статью запросто прощала мелкие огрехи.

Вообще не помнила обид, с ней можно было разругаться в пух и прах, а уже через пару часов общаться как ни в чем не бывало. «Оля, столько всего вкусного натаскала» или «У тебя материал, как наваристый суп», - могло раздаться после недавно сказанных резких фраз и было высшими похвалами. Она была мастером афоризмов, в редакции даже завели цитатник смешных и остроумных выражений, которые мы до сих пор со смехом перечитываем.

Не особо любила похвалы, потому что всегда считала, что любой материал можно сделать еще лучше. Учила думать о читателях, которым «не интересно, сколько времени ты потратила и сколько раз позвонила», им важен результат. Для меня она - один из лучших журналистов и лучший редактор!

Игорь НИДЕРЕР, руководитель пресс-службы ТОО «Олжа Агро»:

- Когда я работал директором телекомпании «Алау», готовил книгу о ней. Записал несколько интервью с теми, кто работал на «Алау». Пришел и к Ольге Германовне, это было в 2018 году. Как я теперь понимаю, со здоровьем у нее уже тогда дела обстояли неважно, но она была энергична, общалась охотно. Я в редакцию «НГ» пересылал на днях фрагмент аудио - голос живой, веселый. Откуда только она силы брала. Ничего не было заметно.

Конечно, я был давно с нею знаком. Ольга всегда была чрезвычайно деятельным человеком, с брызжущей энергией. Очень принципиальна, точна в оценках. Как журналист - всегда себе на уме. И это с тремя плюсиками. Знаете, есть такое качество: пусть вокруг говорят и делают что хотят, я гну свою линию, у меня понимание ситуации с других позиций.

Может, поэтому и «НГ» получилась такой, уважаю издание за неангажированность.

Юрий КАТАЛЕВИЧ, гражданский журналист «НГ» 2020 года

- Во многом благодаря ей я выучился и стал немного гражданским журналистом. Но главное, что благодаря ей о нашем Кушмуруне были написаны правдивые и злободневные статьи... Единственный главный редактор, который пытался помочь нашему поселку. Это сейчас все пишут что хотят, а раньше многое было чревато последствиями. Критиковать власть не рекомендовалось...

У нас на проекте подобрался обалденный коллектив. И это тоже благодаря ей. Больше полугода мы практически каждый день были вместе в нашем чате. И это было незабываемо. Мне было сложновато принимать порой кое-какие замечания от Ольги Германовны из-за моего характера. Практически за месяц до окончания программы гражданских журналистов я решил, что хватит с меня. Но Ольга буквально «за уши» вернула обратно в проект. В конечном итоге для меня он закончился успешно, во многом благодаря ей и коллективу. Уже тогда я понял, что быть журналистом - порой никакого здоровья не хватит. Ольга Германовна, спасибо за все.

Ольга Колоколова с одним из лучших репортеров «НГ» Ксенией Барабановой

Ксения БАРАБАНОВА-ЖИЛКИБАЕВА, корреспондент «НГ» в 2002-2006 гг.:

- Ксенька, ну рассказывай, есть что «вкусненькое»? - этой фразой главред встречала с каждого задания или командировки, выбегала от нетерпения навстречу в коридор. Уверена, все, кто знал Ольгу Колоколову, прочитали фразу ее тоном. Редактор Колоколова была звонкой, энергичной, шумной и практически всегда веселой. С ней было легко и не просто одновременно. Она была требовательна, но при этом щедрая на похвалу. «Хорошая девочка» и «рыбка» - ее высшая степень.

Она была «безбашенна» в идеях и даже способах их реализации. Сама рисковала, идя в притоны, выезжая на места преступлений, перевоплощалась в «Засаде».

Мне 19. Едем с Германовной в Пешковку. Мороз 35. Застряли. Толкаем машину. Степь. Мне страшно, а она бодрячком, шутит, смешит: «Шарф возьми, твоим только сопли вытирать».
Она была пытливой и искренней в отношениях с нами. Если о чем-то спрашивала, то в самом деле интересовалась, а не дежурно делала вид. Она реально горела и зажигала тех, кто рядом. В нас - тогда еще студентах журфака - зажгла такой интерес к делу, что ночи в редакции накануне выхода номера не вызывали злости. А жизнь на свалке, дежурство в скорой, СИЗО или день в жилетке дворника - да с удовольствием.

Она сама все делала с удовольствием. Личным примером научила копать до сути, писать со смыслом, а не с умыслом. Была искренней и настоящей. Всегда. Со всеми. Она не была мягкой и уступчивой. Зато справедливой. «Ксе-е-е-нь», - (обреченно) доносилось из соседнего кабинета с тяжелым выдохом. Все, значит, накосячила. Айда объясняться. Мы много спорили, даже ссорились. Но Ольга Германовна была из тех редких людей, которые всегда готовы обсуждать.
Ее жизнь не была простой и беззаботной, но она умела не обременять других, не ныть. Даже в последние месяцы жизни умудрялась шутить. Когда легла в паллиативку, мы переписывались: «Ну что за похоронный вид, Ксень? Я на финишной прямой. Но кто его знает, какой она длины... Скучно это. Будем писать про собачек и котиков или «заметки с полей»...

Заметки были живые и добрые: «Ксень, а тут довольно уютно. Правда, тихо, как... шучу, шучу. В столовку ходят человек пять, я единственная мадам. Заигрывают. Да-да, чего ржешь. Это сильнее смерти)). О чем говорят?! Про кино. Про рак. Про баб). Вежливо интересуются моим гемоглобином. Но лучше б, конечно, на дачу. А, кстати, как там твои песики?»

Стас КИСЕЛЕВ, собкор газеты «Время»

- Мы с Ольгой съели не один пуд соли. Дружили сами, дружили семьями. Как человек, работавший с ней бок о бок, твердо могу сказать: она в нашей профессии - просто Моцарт.

Легкость ее слога была приправлена первоклассной иронией, четкость мыслей сопровождалась редкой по нынешним временам смелостью. Ум, начитанность, образованность и отменный юмор сквозили чуть ли не из каждой строчки на бумаге, фразы в разговоре. Свой стиль, своя позиция делали ее материалы уникальными, а значит, узнаваемыми. Это большая редкость, когда читатели по тексту могут безошибочно определить автора. Таким вот автором и была Ольга Колоколова.

Рядом с ней многим было сложно и в то же время легко. Коллеги знают: не врешь, не юлишь - тебе легко. Ловчишь, хитришь, ленишься - тебе конец.

Ольга действительно стала вершиной, к которой многим приходилось тянуться изо всех сил. При этом она обладала одним из главных талантов, необходимых журналисту, - талантом общения. Она могла разговорить любого просто потому, что не ставила себя выше собеседника, оставаясь при этом неугомонной, ехидной, веселой, вредной, озорной, да какой угодно… А еще с ней можно было помолчать. И такую Ольгу знали немногие.

Именно все эти ее фирменные качества понадобились редколлегии книжного проекта «ART-Костанай» при подготовке к изданию большого художественного альбома Георгия Сокова «Путь художника». Книга задумывалась роскошной, потому что выходила к юбилею мастера. Очень скоро нам стало ясно: делать ее еще и пафосной уже моветон. Кто же сделает текст, в котором юбиляр предстанет живым человеком? Сомнений не было: только Ольга.

К тому времени она уже полгода не работала: болезнь отняла силы и возможности тянуть «НГ» в том ритме, который она же сама когда-то задала. У нее начался беспросветный период больниц и медицинских процедур, и я видел, насколько он был труден для нее, человека деятельного, всего себя отдавшего любимому делу.

Она обрадовалась предложению сделать книжный очерк о Сокове. Только опасалась, что сил не хватит. Несмотря на изнурительные последствия химиотерапии и прочие сопутствующие сложности, в том числе ковидные, Ольга сделала свою работу ровно такой, как нам мечталось: по-колоколовски звонкой, яркой, живой. Она открывает книгу и задает ей тон. Этот неординарный материал оказался последним в жизни профессиональным текстом Ольги.

Газетные тексты живут недолго, у книжных - лучшая доля. Десятилетия спустя люди, открывшие эту книгу, поймут, насколько талантливым журналистом была Ольга Колоколова. Кстати, ее профессиональная карьера 40 лет назад началась с интервью все с тем же художником Соковым. Идеальная композиция получилась - кольцо.

- Вот и замкнулся круг, - философски и с легкой улыбкой сказала Ольга, закончив работу…

Мы хотим, чтобы читатели запомнили нашего редактора такой - красивой, обаятельной, улыбчивой